Пискарев Вадим Михайлович

Вопрос традиционный, как давно Вы снимаете? С чего все началось?

Фотографией занимаюсь практически всю жизнь. Мой отец был продвинутым фотолюбителем, снимал закаты и рассветы, мух на цветочках - традиционный такой набор, а я всегда рядом присутствовал. Помню, у отца был большой серебристый объектив "Гелиос 40", я его любил ужасно. Отец у меня актер драматического театра. Хотя у нас была большая библиотека, но книги по искусству в то время были редкостью. И отец собрал огромную коллекцию из наборов и открыток "Эрмитаж", "Русский Музей" и других. Любимым моим занятием было их рассматривать. Открытки с картинками и любовь к объективу "Гелиос 40" и привели меня в фотографию. (смеется)
Ничто не говорило о том, что я стану фотографом. Все мне прочили медицинское будущее. В школе я был двоечник и хулиган, а у родителей был знакомый в медучилище г.Николаева, и после 8 класса меня сослали в медучилище. Как ни странно, его я закончил классно, но не стал поступать в мединститут, а гордо ушел в армию. После армии (призывался из Николаева) вернулся во Львов, где в тот момент жили родители. Львовский мединститут находится на одной из самых красивых улиц - на улице Пирогова. В самом ее начале, возле трамвайной остановки, стоял огромный Дом Быта, когда-то это был центр бытового обслуживания всей Львовской области. В нем работал известный украинский фотохудожник Роман Баран. На витрине были портреты, сделанные им в технике изогелии, и когда я проходил мимо, то смотрел на них и думал - какой Мастер!
На той улице, где я жил, тоже было фотоателье. Там тоже висели портреты, но совсем другого качества и у меня была возможность сравнить. Мысли о тех и этих портретах очень сильно меня отвлекали от экзаменов в мединститут и в конечном итоге на вопрос экзаменатора:
- Каких вы знаете парнокопытных?
Я ответил:
- Корова…
- А еще?
- Бык!
После чего повернулся и ушел… Просто я понял, что мне не интересна медицина, а вот картинки интересны.

Профессии парикмахера и фотографа в те времена считались престижными, устроиться на эту работу было очень сложно. Тем более в Львове. Тогда я поехал по львовским поселкам и деревням и везде говорил, что я классный фотограф. В одном месте мне сказали: "да" - так я стал фотографом, а в документах у меня было написано: лаборант 3-го разряда.. Там я впервые увидел большой фотоаппарат "Киев 6С ТТЛ". Он меня просто очаровал своими размерами. Там же на штативе стояла такая штучка с гармошкой. Тогда я вообще не понимал, что это такое и думал, что это для печати больших форматов.

Потом у меня появился знакомый, работавший на львовском мотозаводе. Как-то раз он говорит: "У нас увольняется фотограф, не хочешь пойти на его место? "Зайчики" фотографировать и "Верховины". Тогда впервые, а это был 80-й год, я стал рекламным фотографом, снимая велосипеды и мотопеды.
Следующим этапом был Львовский театр оперы и балета. Дальше пришло понимание, что так жить на зарплату в 60 рублей нельзя. Чтобы содержать семью, я был вынужден продавать бумагу и пленку, которые мы получали километрами и килограммами, особенно на заводе. Мы не могли метраж выбрать за каждый квартал.
Порой во Львов приезжали странные люди. Приезжал из Москвы некто Хетагуров. Тогда я впервые издалека увидел Мамию ("Mamya"). Он фотографировал "Верховину" для какого-то большого плаката. Тогда же я увидел, как выглядит упаковка пленки Kodak. Это были какие-то заоблачные вещи, ощущения, казалось, боги спускались на землю, а потом опять исчезали. К тому времени я уже был председателем Львовского фотоклуба "Львов" и усиленно занимался художественной фотографией (улыбается).
Творчество творчеством, искусство искусством, ФИАПовские выставки - ФИАПовскими выставками. Дипломы с этих выставок можно было показывать бабушкам и родственникам, но денег это не приносило.
В те времена ВУЗов по фотографии не существовало. Как-то раз, купив справочник по высшим учебным заведениям, стал листать и увидел слово ФОТОГРАФИЯ - оказалось, что это операторский факультет ВГИК (Всероссийский государственный институт кинематографии им.С.А.Герасимова). Именно тогда пришло решение поступить на операторский факультет ВГИК. Собрал манатки и поехал. Мне говорили: "Ты что дурак?! Куда ты едешь? Туда только "сыны Бондарчуков" поступают". Я отвечал: "Посмотрим…", и как не странно - поступил. Туда нормальные люди поступают, а не только "сыны Бондарчуков". Во ВГИК я поступил в 1985 году, а закончил 1991-м.